Перейти до контенту

ФРАГМЕНТЫ КИЕВСКИХ ФРЕСОК ( 11 ПРИЗНАНИЕ МАЙОРА ГОСБЕЗОПАСНОСТИ МАЙОРУ МИЛИЦИИ)

ФРАГМЕНТЫ  КИЕВСКИХ  ФРЕСОК   

11. ПРИЗНАНИЕ  МАЙОРА  ГОСБЕЗОПАСНОСТИ МАЙОРУ  МИЛИЦИИ

     Мы познакомились, когда их контора в очередной раз нуждалась в поддержке сотрудниками милиции. Нашему райотделу «крупно повезло», всегда были у них под рукой. От улицы Владимирской на улицу Свердлова было пять минут ходьбы. Как правило, чекисты к нам и обращались. По существующему негласному правилу комитет госбезопасности главенствовал над министерством внутренних дел. Любой младший офицер КГБ во время проведения операции мог потребовать от подвернувшегося под руку старшего офицера МВД выполнения любых действий, необходимых чекистам. При этом даже убеленный сединами пятидесятилетний полковник милиции не имел права задавать вопросы двадцатилетнему младшему лейтенанту госбезопасности, выяснять подробности проводимой комитетом операции. Быть всегда на подхвате у сотрудников КГБ раздражало милиционеров. Не мальчики же! Но такие были в стране общие для всех правила, хоть не прописанные в инструкциях и законах.

    Тогда наш райотдел милиции получил прямое указание от чекистов провести обыск на квартире кандидата технических наук. Была выписана санкция прокурора на обыск. Будто бы искали какую-то вещицу, секретную разработку, теоретически мог вынести хозяин квартиры из лаборатории научно-исследовательского института, где он работал до увольнения. Отстранили его от государственных тайн даже не за прямые связи, а всего-то за симпатии к украинским националистам.

Безработных, полуголодных патриотов Украины мелкими подачками подкармливало ЦРУ, хоть принимающие те крохи и не знали, кто, на самом деле отправляет посылки и бандероли, думали, что это расщедрилась украинская диаспора. Через опекаемых из-за бугра своих подопечных  цеэрушники могли подойти к «носителям государственных тайн СССР».  Напрямую обвинить бывшего старшего научного сотрудника НИИ, – в квартире у него проводился обыск, – в передаче секретных разработок за рубеж нельзя было. Гебешная наружка давно следила за ним, но факта «предательства родины» не обнаружила.

Милиционеры делали вид, что тщательно осматривают квартиру, тогда как сотрудник госбезопасности, облаченный в милицейскую форму, незаметно для приглашенных на обыск понятых колдовал с установленным в квартире подслушивающим устройством. Технари из КГБ для замены питания автономно работающего «радиожучка» – тогда это была техническая новинка – никак не могли проникнуть в эту квартиру, как обычно это проделывали. Здесь проживала многолюдная семья, и ночью, и днем всегда кто-то был дома. Вот и придумали обыск «в связи с хищением» из научно-исследовательского института какого-то прибора.

И еще потом несколько раз с майором ГБ наши дорожки пересекались по службе. Или встречались на улице, когда жарким киевским летом в обеденный перерыв комитетчики парочками и по трое прогуливались по улице Владимирской,  высиживали в Золотоворотском скверике, вдыхали, так сказать, свежий воздух. Все подстрижены, в застегнутых пиджаках и глаженых  брюках, в темных тонов галстуках, затянутых удавкой под «железным рыцарским” подбородком. Можно было сфотографировать или снять на видео всю эту потеющую на солнце в обеденный перерыв гебешно-кабинетную компанию республиканского комитета госбезопасности. Проставить номера на лбах очень серьезных, подтянутых товарищей чекистов, и, конечно же, за доллары продать видео картотеку в ЦРУ.

Строжайше соблюдать галстучно-костюмный дресс-код приказал очередной умник-генерал, поставленный руководить в Украине чекистами. Не исключено, что цеэрушники много раз мысленно благодарили этого дуб-генерала, выставившего на всеобщее обозрение свою команду секретных сотрудников.

Дебилизм советского строя, идеологическо-старческий маразм проник даже в, казалось бы, изолированное  элитарное сообщество спецслужб. На высокий профессионализм засекреченных рыцарей плаща и кинжала десятки лет опирался сатанинский эксперимент над человеческой плотью и человеческим духом.  Более полувека на одной шестой части земной суши продолжался этот изуверский эксперимент, затормозивший национальное и социальное развитие десятков миллионов подопытных кроликов с паспортами «граждан СССР». До развала гиперимперии оставались считанные годы. Но тогда еще никому даже не могло присниться, что на грешную советскую землю вот-вот свалиться катастрофа-возмездие. И станет трещать по швам чудище на глиняных ногах, с атомными бомбами на поясе и с кровавым знаменем в окровавленных лапах палача.

…И вот мы встретились с майором уже во времена расцвета кучминой дерьмократии в Украине. Я продолжал тянуть лямку следователя в райотделе милиции. А он работал в коммерческой фирме, занимающейся поставками импортных ядохимикатов сельскому хозяйству. Зарабатывал, судя по всему, неплохо. Пригласил меня в ресторан у Золотых ворот. Во время застолья поглядывал в направлении Alma Mater, серого дома на улице Владимирской. Чувствовалось, что ментальная ностальгия по его гебешному кабинету-стойлу в доме №33  все еще присутствует в сознании бывшего опера следователя. Он был одним из тысяч мозговитых элитных церберов, еще несколько лет назад с пеной у рта охранявших конституционный порядок в сердцевине русифицированной, нравственно парализованной, триста лет оккупированной азиопами Украины.

Если бы все, что он рассказал мне, услышал от кого-то другого, ни минуты не сомневался бы в чрезмерной фантазии рассказчика.

Началось с того, что мы оба стали горевать об упущенных возможностях каждого из нас. Затем тема разговора сместилась на всю горемычную, на обе ноги хромающую нашу страну, согласно перерегистрированных в ООН документов –  «независимую Украину».

Мой визави приятно меня удивил. В бывшем служаке-гебисте неожиданно проклюнулся национальный патриот земли, где родился он сам, и где упокоилось несколько поколений его предков. Из выдрессированного сторожевого пса советской империи вдруг переродился в патриота независимой Украины. Чудеса, да и только! Как тут не вспомнить старую философскую сентенцию: только бывший грешник может быть настоящим праведником.

Вот, что экс-майор комитета госбезопасности СССР поведал мне во время ресторанных откровений.

– Постараюсь тебе объяснить главную причину, почему Украину бросает из стороны в сторону, в политическом и экономическом смысле, – так начал он откровенничать со мною.
– Ты, конечно же, понимаешь, и не только ты, все прекрасно понимают, что главное заинтересованное лицо в нестабильности ситуации в Украине – наши северо-восточные, как они себя называют, братья-славяне. Так они триста лет величаются, что уже и сами поверили в эту этнополитическую несуразицу. Не будем уточнять, кто и от кого произошел, а кто и зачем присвоил чужое имя, украл чужую историю, поскольку своих азиатских корней сегодня так называемые русские, почему-то, упорно стыдятся.

Еще большевик Владимир Ленин утверждал, что без Украины великая Россия невозможна. Американский капиталист Збигнев Бзежинский слово в слово повторял эту аксиому идеолога мировой революции. И они оба, чертяки, были правы. Так вот, в конце восьмидесятых годов компартией была поставлена в Москве перед высшим руководством КГБ СССР главнейшая задача:  во что бы то ни стало, любым путем и любыми способами  способствовать сохранению в будущем контроля над Украиной. Это тебе не Прибалтика и не Средняя Азия, – хрен с ними!

Уже в горбачевские перестроечные времена КГБ через своих штатных и внештатных агентов, также авторитетных агентов влияния,  на несколько шагов опережая политические потрясения начал создавать в Украине демократические институты и движения. От умереных – до крайне правых. Основная масса рядовых участников демократических движений в Украине даже не подозревали о том, что оригиналы списков с именами и биографиями «демократически избранных» председателей партий, их заместителей и секретарей давно лежат в сейфах спецслужб, каждый их шаг контролируется и подправляется.

На политическую арену вынырнули рожденые не без помощи спецслужб диссиденты-несогласики. Многие борцы с советским строем только вчера вышли из заключения. Фактически, как не крути, не верти, КГБ своими политическими преследованиями предоставил им карт-бланш  для карьерного и политического роста после смены власти.

Честно говоря, я не понимаю, почему эти неблагодарные выскочки из провинциального болота регулярно не приносят цветы к памятнику чекистам в конце Красноармейской улицы?  Даже не подозревая последствий, КГБ своей профилактической работой, – кого-то из несогласиков надо же было изолировать! – лепил из них профессионально сереньких, умственно никаких, интеллектуально убогих, – будущих политических деятелей независимой Украины. Внимательно посмотри на группу депутатов украинского парламента первого созыва, состоящую из двух десятков бывших диссидентов-отсидентов. Один из них гномик, в буквальном и переносном смысле, карлик. Непризнанный «поэт» без стихов, не написавший ни одной ноты «композитор», зато с первого взгляда психически здоровый. А, на самом деле – физический и умственный вырожденец. Родной его брат стопроцентный клинический идиот. А этому повезло, периодически шлепая «патриота» по заднице,  наш комитет слепил из усатого баранчика «патриота националиста». Теперь он тужится в парламенте, изображает политика.  Вот из таких-то людишек с проблемами развития спецслужбы, сами того не предполагая, слепили для нынешнего парламентского кукольного театра действующих лиц, «патриотов-националистов», по большому счету своих марионеток. А вот еще парочка нардепов, литераторов, не написавших ни одной вразумительной строки. Чуть подлили маслица в их лампады манечки величия, и делай, что хочешь с козликами-баранчиками, закомплексованными на своей «исключительности» и «гениальности». На дурака не нужен нож, ему с три короба наврешь, и делай с ним, что хошь!

– Ну, нельзя же так огульно всех мазать одним квачем, – попытался я возразить майору. – Взять хотя бы того же депутата Верховной Рады Лукьянчика. Борец, мученик, четверть века отсидел патриот в лагере за свои национальные идеи…

– Вижу, даже ты, интеллектуал-следователь, еще находишься под впечатлением от наших комитетских разработок. Для запоздалой перетряски твоих мозгов приведу пример еще одного националиста, тоже отсидевшего двадцать пять лет в лагере. Восемнадцатилетним пареньком  первоначально был приговорен  к расстрелу по статье «за бандитизм». Пару лет успел провоевать в Карпатах с фашистами и коммунистами. Затем ему, как и твоему Лукьянчику, высшую меру заменили на «четвертак». Сорокатрехлетним мужичком из лагеря для политических вышел на свободу. Я встречался с ним, решал вопрос его прописки в Киеве. Тот успел уже поджениться  в столице на молодухе с двумя детьми. Так вот, ему было уже за сорок, а выглядел он здоровее и моложе меня, только недавно отметившего свое тридцатилетие. А я-то все эти годы не страдал, как он, в заключении. Жил, фактически, на свободе! Говорят, отменному состоянию здоровья иных политзэков способствовало соблюдение режима регулярного питания, завтрак, обед и ужин – строго по расписанию: ничего острого, никаких лишних солей и жиров, всего того, что губит  желудки тех, кто пьет-гуляет на воле. Это правда. Но только отчасти.

А вот главная, сермяжная, сокрытая правда. Этот бывший юный бандеровец все двадцать пять лет в заключении вел себя тише воды, ниже травы. Ни одного раза не сидел в карцере. Тишайшего и покорного контролеры никогда не обыскивали. Все эти годы выполнял в зоне тайную  роль «почтового ящика». Хранил, носил на себе корреспонденцию политических зэков. Нелегально переданные в лагерь записки, письма, нелегально готовящиеся к отправке из зоны. Роль «почтового ящика» наш тихоня четверть века выполнял безукоризненно. Политзэки оберегали свой «почтовый ящик». Ты думаешь, только заключенные окружали его заботой? И, в конце-то концов, кто, на самом деле,  организовал нелегальный канал связи политзоны с внешним миром? И, главное, с какой целью организовал и, стало быть,  контролировал этот канал?

Рассуди сам, известно ли было администрации лагеря, какую общественную нагрузку уже столько лет имеет этот имярек, заключенный? И, представь себе, двадцать пять лет абсолютно все, – и администрация лагеря, и уполномоченные комитета госбезопасности,  и, что самое главное,  его подельники политические заключенные, – были очень даже довольны пышущим здоровьем мужичком с нелегальным статусом «почтового ящика»!

Я рассказал тебе немного больше, чем должен был лишь для того, чтобы ты не очень-то восхищался румяным и бодрым здоровячком Лукьянчиком, что в качестве борца за свободу Украины благополучно для здоровья высидел в лагерном “санатории” свой «четвертак».

Система не позволяла жить таким украинцам, как литературовед Валерий Марченко, ни разу не просивший о помиловании, жестко прессовала многих цельных, настоящих героев, а не двоедушных «хахлов», готовых за выход на волю неньку продать, пусть даже они с чубами-оселедцами на голове или рекордсмены Книги Гиннеса по длине казацких усов.

Не только настоящие герои жизни свои отдавали в Великой Отечественной войне. Нынешние крикливые ветераны войны за свои привилегии  – бледная  тень тех настоящих героев. Этот же принцип применим и к большинству ныне здравствующих украинских националистов.  Марченко, и многие другие на самом деле были убиты системой за несговорчивость. Система оставляла шанс выжить только толерантным и покладистым. Кое-кто из них сейчас деланно буянит, хорохорится на людях, с немалым удовольствием и не без личной материальной выгоды, как Лукьянчик, гордо носит личину «выразителя национальных интересов».

И вот, опираясь на двухголовых и двоедушных «патриотов Украины» система начала строить будто бы независимое государство. Только на словах, только на бумаге «независимое» от Москвы. А лукьянчики-баранчики думают, что независимость Украины – это их инициатива, результат их героического отсиживания в зоне, именно их заслуга. Самое трагикомичное, что эти куклы, – с ними долгие годы игрался  наш комитет госбезопасности, – искренне верят в свои героические заслуги.

Но, раз ты поинтересовался борцом за независимость Украины Лукьянчиком, расскажу тебе подробнее про этого патентованого парламентского ура-патриота.

Когда предстояло выбрать первого президента Украины, система сделала ставку на компартийного идеолога Леонида Кравчука. Тот ловко и своевременно успел перелицеваться в «умеренного националиста». Тем самым пустил пыль в глаза наивным избирателям центра и запада Украины. Для коммунозараженного, поголовно русифицированного юга и востока Украины хитрый лис оставался «членом ЦК КПУ». Мол, лишь  для того, чтобы возглавить независимую нэньку-Украину «стал базарить по-хахляцки». Была поставлена главная задача, не допустить даже малейших шансов для победы на выборах Вячеслава Черновола, во многом наивного и толерантного диссидента, но честного и, главное,  тогда не раздвоенного патриота Украины, имевшего безусловный авторитет и на западе, и на востоке.

В независимой Украине новая административная система с админресурсом, на выборах по заказу властей как надо считающая голоса, еще не была хорошо отлажена. Решили подстраховаться. Чтобы отобрать часть голосов избирателей от опасного кандидата в президенты Черновола запустили в президентскую кампанию «либералов» и «демократов». Большого патриота Украины Лукьянчика легче всего было настроить на состязание с братом по политическому лагерю Черноволом. Старые знакомые из КГБ, двадцать пять лет проводившие с Лукьянчиком задушевные беседы во время его отсидки, – уже стали полковниками и генералами, – шептали ему в ухо только одну фразу: «Нельсон Мандела, как и ты, тоже отсидел двадцать пять лет в тюрьме. И, вот, заслуженно стал президентом Южно-Африканской республики!»

Во время предвыборной кампании, чтобы Лукьянчик, упаси боже, не засомневался, или угрызения совести проснулись, и не вздумал снять свою кандидатуру в пользу Черновола, его «старые друзья из КГБ» нашептывали в баранье ухо усатого патриота «секретную сводку рейтингов кандидатов в президенты», якобы подготовленную аналитиками КГБ для Кравчука. В отличие от газетных сообщений, где реальный рейтинг Лукьянчика был ниже плинтуса, в «эксклюзивной»  информации говорилось, что по популярности среди избирателей он и Черновол попеременно меняются местами за Кравчуком, поочередно наступают ему на пятки. В результате, пару-тройку процентов и отобрал на выборах  этот «Нельсон Лукьянчик» от очень опасного для системы кандидата в президенты, своего вчерашнего побратима по политическому лагерю Вячеслава Черновола.

Ложные рейтинги «по-дружески» подсовывали не только этническому барану с казацкими усами, еще нескольким кандидатам, например, самовлюбленному либералу из Харькова Гримеву. Несмотря на опасения, первые президентские выборы в Украине удалось завершить в один тур. Ставленнику системы Кравчуку тогда удалось натянуть чуть больше  половины от ста процентов голосов избирателей.

– Допустим, все то, что ты рассказал про Лукьянчика – абсолютная правда, без преувеличений и макияжа. Но в группе демократов украинского парламента первого созыва были известные интеллектуалы, писатели, журналисты, ученые, поэты. Не все были отсидентами. Ты же говоришь о так называемых  «пулях», фактически «слепленных из дерьма». В Верховной Раде не все были «борцами-националистами», и как ты утверждаешь, изготовленными комитетом госбезопасности отсидентами.

– Ты прав. Добрая половина парламентских демократов даже не подозревали, что ими  ловко манипулируют бывшие и настоящие агенты влияния госбезопасности. Такие, как, засветившийся недавно в газете социалистов  очень, ну, очень балакучий агент ГБ с псевдонимом «Тридоля». Вероятно, слив информации на него пришел из Москвы, сделано было для острастки сотен других агентов, чтобы не заигрывались в «патриотов», не забывали, куда от них крепкая веревочка тянется. Еще один талантливый поэт, со студенческих лет с кликухой «Падлычко», пудрил мозги народным депутатам. Вот эта «Падлычка» с «Тридолей»  в судьбоносное время рождения нового государства активно агитировали, кого только могли, включая самого Черновола, отказаться от идеи люстрации. Мол, старые компартийные кадры уже начали перестраиваться, вот-вот станут настоящими патриотами независимой Украины. Грешно, мол, будет не использовать при строительстве молодого государства их опыт, связи, интеллект. Черновол, как доподлинно знаю из достоверных источников, чуть ли не на известные русские «три буквы» посылал «Падлычку», когда тот склонял его забыть прошлые обиды и «полюбить-подружиться» с выродками коммунистической системы.

Но в парламентскую среду первого созыва Верховной Рады уже был запущен вирус соглашательства. Слепленные руками КГБ герои-отсиденты, разомлели от счастья, опустив исхудавшие в лагерях задницы, – но, уже быстро восстановившие форму! – в  комфортные депутатские кресла. «Совесть нации» пошла на сговор с Кравчуком и компанией. Победила подсунутая через «падлычек» и «тридоль» идея примирения с палачами, кровь украинцев на руках у которых еще даже не успела обсохнуть. Не следует удивляться, что сейчас России незачем тратить много средств на содержание в Украине своей агентуры. Оставленные при власти компартийные суки и кобеля из украинского выводка, ностальгируя за прошлым, с большой радостью и с великим энтузиазмом готовы бесплатно поработать агентами!

– Люстрация – это, все-таки, насилие, несовместимое с идеей демократии. В Румынии даже пролилась кровь…

–  Что ты чушь говоришь? И ты, Брут, поверил пиар-бредням перепуганных информаторов нашей конторы? Оставь Румынию, по духу нам ближе Прибалтика. Послушай, как проходила люстрация в Литве. По приблизительным оценкам в этой прибалтийской советской республике было от ста до двухсот тысяч граждан,  активно сотрудничавших с органами госбезопасности. Как правило, это были не рядовые граждане, и не самые глупые люди. Вся картотека КГБ на литовских информаторов оказалась в руках у властей независимой Литвы. Думаю, что Москва намеренно оставила картотеку. Возможно, надеялись, что литовцы вцепятся друг другу в горло. В независимой Литве по решению Сейма была создана парламентская комиссия по люстрации из трех-пяти человек, точное количество не помню. Главной целью было не допустить в жизненно важные органы молодого государства кадры, нити от которых ведут в КГБ. По крупному счету, те нити вели уже в ФСБ России, к наилучшим друзьям народов  независимых прибалтийских стран. Было объявлено, что парламентская комиссия ждет от бывших информаторов добровольного прихода с заявлениями о сотрудничестве с КГБ, и что информация об этом не станет распространяться, а будет строжайше засекречена.

Явилось в парламентскую комиссию Литвы по люстрации около семисот человек. Оставили заявления, побеседовали, и ушли работать, кто в бизнес, кто чиновниками среднего уровня на государственную службу. Но никто из бывших литовских стукачей госбезопасности не пошел баллотироваться в народные депутаты Сейма Литвы, не стал министром, вице-премьером, преподавателем высшей или средней школы.  Это ограничение длилось всего-то пять лет. Но и этого было достаточно, чтобы независимая Литва стартовала в свое демократическое, европейское будущее без трофических язв и прилипал, без красных стафилококков и спирохет, без паразитов, наплодившихся в их стране за годы оккупации Советским Союзом.

Запрещено было работать на высших государственных должностях также партийным функционерам  юридически и, главное, реально запрещенной литовской компартии. А четверку из высшего руководства Литовской ССР – членов «комитета спасения», пригласивших карателей Псковской танковой десантной дивизии и возглавлявший операцию спезназ КГБ “Альфа”, отличившихся 13 января 91-го года,  тогда у телевизионной вышки пролилась кровь сотен вильнюсцев, а тринадцать безоружных героев было раздавлено танками, – посадили в уютную тюремную четырехместную камеру в центре Вильнюса, где они комфортно и отсидели по приговору суда все восемь лет, за пролитую кровь соотечественников. Эти «жертвы литовских фашистов» изрядно отмучились в «гестаповских застенках». Торты и другое «вкусьненькое» регулярно передавали им в камеру родственники на дни рождений «мучеников совести». Накрывали в камере праздничный стол не только в дни государственных праздников, даже, по их просьбе, и на советские – 1 мая, День Октябрьской революции, Советской армии, и так далее.

Украину, как ты знаешь, этот «страшный ужас люстрации» обошел стороной. Почему так произошло, я тебе уже рассказал. Теперь видим каждый день результаты агитированной в парламенте иудами «падлычками» и трехголовыми «тридолями», кстати, и мужского и женского пола  – «мировой» между палачами и их жертвами. За политический и экономический маразм в Украине, крепчающий день ото дня, за вовремя не отрубленые змеиные хвосты из центра бывшей империи, за официальную и фактическую реанимацию преступной компартии, большая благодарность шестеркам комитета госбезопасности в Верховной Раде первого созыва! Хоть многие из них даже не подозревали, что ими ловко манипулируют наши комитетские агенты влияния.

– Ты говоришь, что секретных добровольных помощников комитета госбезопасности было в Литве до двухсот тысяч. Пришли же в комиссию по люстрации только семьсот человек. А остальные?

– В том-то и дело. Люстрация – не насилие, а дело добровольное. Но один только факт официального ее проведения привел к тому, что за все годы существования независимой Литвы не было случая, чтобы кто-то из бывших информаторов, сотрудников госбезопасности или руководителей высшего и среднего звена запрещенной компартии сделал хоть один шаг влево или вправо, противоречащий литовским национальным интересам. Найдись в Литве сейчас хоть один сумасшедший антигосударственник из «бывших», так сразу же его досье будет опубликовано. Они это помнят и ведут себя, как говорится, прилично.

Ты видишь, что творится в Украине! До какой наглости, до какого остервенения во внутренней борьбе с независимостью, с украинизацией Украины и украинцев, – с исторически и морально оправданной дерусификацией! – дошли избежавшие люстрации «пятоколонники», преспокойно живущие среди нас, жующие хлеб Украины! Кушают преспокойно южные фрукты, яблочки-грушки, изрядно портят воздух, извини, на каждом шагу кладут фигуральные кучи на все национальное украинское. Малароссию им подавай! А еще лучше – южный край России! Сам прекрасно знаешь, откуда у них рожки да ножки растут. А все потому, что многим тысячам агентов влияния, сейчас открыто действующим в интересах  бывшего имперского центра,  вовремя не пригрозили пальчиком, когда это политически целесообразно было сделать. Безнаказанность порождает… не так ли?

– Ты несколько раз употребил выражение «КГБ слепил патриотов-националистов». Не перегибаешь ли палку? Ведь многие родились националистами, усвоили патриотизм с молоком матери, так сказать…

– Родились-то, родились… Кухонных патриотов-несогласиков, шепчущихся по углам в сорочках вышиванках, показывающих властям кукиш в кармане, всегда было в стране, хоть отбавляй. Да что с них – тихеньких та низеньких – толку?

Вообще-то, в твоем вопросе есть логика. Не все отсиденты были скурвленными, обласканными, и так далее. Подскажу тебе самую простую формулу для рентгеновского просвечивания нынешних украинских патриотов, так сказать, пострадавших при советской власти. Среди тех, кто после обретения Украиной независимости остались на бобах, образно выражаясь, на одном хлебе с водой, наименьший процент иуд-предателей. И наоборот! Можешь даже не просвечивать советников Администрации Президента, пасущихся при Кабмине, помощников депутатов или в самом аппарате Верховной Рады. Может, пара-тройка цельных патриотов и очутились среди патентованных комитетом госбезопасности курвищ со званиями академиков, профессоров и прочего «народно-заслуженного» позорища страны. Кто-то из цельных патриотов уже разобрался, что контора “сиамских близнецов” на Ордженикидзе-Банковой с новым названием воняет по-старому, и добровольно подал в отставку. Но, слушай дальше.

Как только после пинка Шелесту под зад поставили Щербицкого властвовать над Украиной первым секретарем ЦК КПУ, новому “хазяину” не понравилось, что украинская милиция, фактически, вся ему подчиняется, а местные комитетчики только вежливо здороваются. Да раз в неделю отписываются в две три странички анализа о внутреннем положении в республике, тогда как в Москву отправляют целые тома аналитических наблюдений-исследований. Вот и решил «Папа» Щербицкий в своей вотчине властвовать полной мерой. Подготовил доклад об успехах в республике в борьбе с инакомыслием, сионизмом, буржуазным национализмом. Мол, бороться то уже, фактически, не с чем! А Пятое политическое управление КГБ в республике слишком распухло количественно. Все хотят новых квартир в новых домах. Целесообразно его подсократить,  а  гонористых полковников-генералов из Киева отправить служить туда, где того требует реальная, а не выдуманная ими оперативная обстановка.

Вот тогда в центре столицы Советской Украины на Крещатике, прямо напротив горсовета впервые за все послевоенные годы взвился  огромный сине-желтый стяг. И вместо ожидаемых Щербицким сокращений в украинском филиале КГБ произошло его укрупнение. Во всех киевских районах тогда были расширены отделения госбезопасности. Новые вакансии требовали пополнения. Генералы и полковники Пятого политического управления республиканского комитета удовлетворенно потирали руки.

Я один из тех несчастных, что не спали много ночей, искали неизвестных нациков, посмевших повесить в центре Киева сине-желтый прапор, да так высоко, что снять его мы не могли полдня, пока не привлекли альпинистов. Получали выговоры от руководства, безрезультатно искали тех отчаянных верхолазов несколько лет, но настоящих героев так и не нашли. Только недавно мне намекнул один бывший коллега, что тот сине-желтый прапор на Крещатике «свои» же и повесили.

Вот увидишь, скоро объявятся «настоящие герои», причастные к тому событию с первым сине-желтым прапором на Крещатике. Свято место пусто не бывает. Не исключено, что претендентов на «патриотический подвиг» будет много. Как когда-то восемнадцать ветеранов компартии по всему Союзу читали молодежи лекции о том, как самоотверженно таскали с Лениным бревно на субботнике в Кремле. А там, на фотоснимке, как ты помнишь, вместе с вождем всего-то держались за бревно три человека. Новые настали времена, найдутся новые лжегерои, и баять будут о своих лжеподвигах.

– Я тебя спрашивал не о сине-желтом стяге над Крещатиком. Ответь мне, конкретно, если можешь, по какой  такой технологии лепило КГБ «националистов-патриотов». Из чего лепило, ты уже рассказал.

–  Если ты еще не понял всей сути вопроса, тогда давай еще по одной выпьем. А теперь слушай и думай ассоциативно, следователем же работаешь, в конце концов, а не приемщиком стеклотары!

Стекольщик мечтает, чтобы прошла гроза с крупным градом да стекла повыбивала в окнах. Это понятно? Едем дальше. Куда подевать лечащих врачей, если все будут здоровы, избавятся даже от насморка? Еще не понял? Тогда слушай, черт, побери! Вот еще одна история. Как говорили древние римляне, умному должно быть понятно.

Щербицкий, задумавший подсократить гонористое Пятое политическое управление республиканского комитета, не успокоился. К двадцать четвертому съезду партии в Москве подготовил доклад, где рапортовал о полном и окончательном искоренении в своей вотчине украинского буржуазного национализма и сионизма.

В первый же день работы двадцать четвертого съезда КПСС на днепровской набережной у моста Патона, напротив парка имени Примакова, на бетонной подпорной стене ночью было написано метровыми буквами «Хай живе самостійна Україна!». Надпись была длиной около двадцати метров. Рядом проходила линия трамвая, уже с половины шестого утра люди с левого берега, где спальные районы, съезжались на правый берег работать. Пока мы приехали и накрыли лозунг какими-то подвернувшимися под руку тряпками, пол города успело прочитать. Темной ночью буквы текста были художественно выписаны с каллиграфической точностью, с положенными интервалами. Искали творцов надписи по всем художественным вузам и училищам Киева и Украины. В Союзе художников и в его творческо-производственных комбинатах рыли несколько месяцев.  Только потом поняли, так можно было писать антисоветский лозунг  профессиональным художникам несколько часов подряд, и, главное, абсолютно будучи уверенными в своей безнаказанности.

Что тебе еще сказать? Сейчас сам понимаю, что «свои» тогда слишком перестарались, чем и доставили сотням наших оперов столько хлопот. Можно же было тот лозунг кое-как намалевать, а не профессионально  и грамотно, черт побери!

Страницу из своего выступления на двадцать четвертом съезде КПСС о ликвидации украинского национализма в советской Украине Владимиру Щербицкому пришлось  таки убрать.

Таким образом, именно по такой-то технологии и лепилась угроза украинского национализма. Так, дорогой мой коллега, кто-то из большого начальства зарабатывал себе очередные звезды на погоны. И внеочередные, черт бы их побрал! Зато нами, рядовыми операми комитета столько тогда пота было пролито понапрасну!

– Слишком все это правдоподобно выглядит, что ты мне сейчас рассказал. Даже как-то стало обидно за Украину. Выходит, что украинским националистам, как ты утверждаешь, так называемым патриотам, комитет госбезопасности СССР укреплял имидж активных борцов с режимом.

– Называй их, как хочешь. По своим каналам комитет отправлял за рубеж опусы национально озабоченных литераторов, точнее будет сказать, графоманов – для публикации в эмигрантской прессе. Случались писаки не без искры таланта. Но без нашей помощи, без педалирования успехов через эмигрантскую прессу, скорее всего, что литературный путь их закончился бы, как давно у нас принято, рюмкой водки. И о новых «шевченках» никто бы никогда не узнал. После публикации на западе, записывали авторов в диссиденты, в герои-патриоты, активизировали работу с ними. Десятки, даже сотни наших сотрудников работали в этом направлении, получали зарплату, повышение по службе, квартиры в Киеве, Львове, Ивано-Франковске, новые звезды на погоны. Авторы опубликованных в Мюнхене, Париже и Нью-Йорке опусов радовались, как дети малые. Вот какие мы, оказывается, что-то же значим! Патриоты! Националисты! Таланты украинской земли!

     Или взять эту комитетскую провокацию с арестованным на границе бельгийцем украинского происхождения Добошем.  Последующими арестами, фактически, ни в чем не повинных интеллигентов, хотя малые грешки за ними водились, спровоцировали создание “Хельсингской группы”. Вот вам, московские шефы, реальное украинское сопротивление! Вот вам  надвигающаяся опасность возрождения украинского национализма! А нам – таким трудолюбивым и усердным в поте лица служакам, как я уже сказал, повышения по службе, звезды на погоны,  комфортные квартиры в Киеве, Львове, Ивано-Франковске…

    Цеэрушники прекрасно знали об этих особенностях  “возрождения” украинского национализма», о «сопротивлении»,  спровоцированном и педалируемом республиканским комитетом госбезопасности, да заинтересовано помалкивали. Американосам тоже надо было писать отчеты о проделанной в СССР подрывной работе. Так, в основном, да за малым исключением,  и рождались, прежде всего, в отчетах киевских и львовских комитетчиков «борцы-националисты», будто бы активно продолжающие сопротивление коммунистическому режиму. Иными словами, подхватившие боевой красно-черный прапор Организации украинских националистов. Только не хватало еще “вложить им в руки” обрезы и пулеметы.

Те же герои одиночки, родившиеся и созревшие самостоятельно для борьбы за свою Украину, и как писал сведенный в могилу  молодой поэт Васыль Симоненко, независимую от «Америк и Россий» Украину, от отчаяния и бессилия что-либо изменить часто заканчивали жизнь самосожжением, вешались, травились, спивались или гарантированно попадали, как поэт Стус, в тюремный штрафной изолятор, где и погибали.

– Со многим, что ты мне сейчас открыл, я согласен, и даже кое-что мог бы своего добавить, – прервал я майора, увлекшегося своим рассказом. – Бывшего кандидата в президенты Вячеслава Черновола вначале лишили реальной власти в РУХе. Единоначалие в созданной вашим же комитетом, с твоих слов, демократической организации заменили на полит-анархию, на триумвират. Затем вообще Черновола вытеснили из РУХа, раздробив национально демократическое движение на несколько тщедушных частей. Погодя, не успокоились, и уже навсегда,  так сказать, «технологически» отстранили популярного политика даже от малейшей возможности влиять на электорат в Украине. Таким образом, и расчистили прямую дорогу к президентству управляемым кандидатам, под личиной демократов. Непотопляемые, вышиванные крестиком и гладью национальные куклы по-прежнему мельтешат в парламенте, издают мемуары, делают историю. А, фактически, «делают на историю».  Как ты это прокомментируешь? – напоследок спросил я бывшего майора ГБ.

Тот на минутку задумался, затем улыбнулся.
– Давай-ка, лучше выпьем еще по одной, да разойдемся по своим делам. Я тебе немного лишнего сболтнул, надеюсь, коллега, на твою воспитанность. Теперь ты понимаешь, почему меня сейчас так злит поведение этих кукол. Никакой благодарности. Никакой реальной самооценки. Фактически из ничего слепила госбезопасность кучку «патриотов-националистов», большинство из них уже побывали в нардепах Верховной Рады. Правду говоря, наши комитетчики не бескорыстно старались, выпекали, можно сказать, свой хлеб. В люди их выводили, каждого за ручку, индивидуально лелеяли и растили. Так почему же эти свиньи неблагодарные не носят цветы к памятнику чекистам?! Хоть бы ночью возлагали венки, если днем неудобно, кто-то из знакомых может увидеть. Все-таки: мы же жертвы  режима!

Графин наш давно был пуст. Я вывел майора из ресторана, и мы пошли по направлению ко Львовской площади. Чувствовалось, наша встреча  стала для него давно необходимой оздоровительной процедурой. Нужно было майору госбезопасности выговориться, да все не представлялось удобного случая. И, конечно же, удобного собеседника.

– Пигмеи! Радуются, что национальную символику в парламенте отстояли! Дурачье! А люстрацию-то профукали!  Детский сад, вот вам тризубчик, забавляйтесь игрушкой! Катарсис, если хочешь, жизненно необходимое стране очищение, если Украина – взаправду независимая страна, а не хронически больной чей-то политический придаток! Согнанные в резервацию североамериканские аборигены-индейцы свои национальные головные уборы, покрытые перьями занесенного в Красную Книгу реликтового орла, тоже отстояли. Да что толку с той национальной символики, если ни на день, если разобраться, не прерывающаяся духовная и экономическая оккупация Украины  прикрывается сейчас национальным тризубом, сине-желтым прапором, да гимном, кстати,  скопированным с польского войскового гимна «Ище польська не згинела!».

Я подумал, пора прекращать нашу с майором уличную беседу на «особо острые» политические темы. Сразу закрыть рот бывшему оперу комитета, вдруг решившему мне исповедаться, было невозможно. Это очевидно. И я попытался переменить тему, хотя бы, изменить тональность разговора. Несколько рюмок водки сделали свое дело и на нас уже оглядывались прохожие.

– Я понимаю, прежде всего, ты недоволен тем, что такого неглупого профессионала как ты,  кадрового офицера спецслужб  новая власть лишила  работы, – попытался я остановить лавину горькой, и, как говорил мой визави, сермяжной правды. – Целесообразнее было  воспользоваться твоим потенциалом. Но, должен тебе сказать, потом, как это бывает с теми, кто слишком много знает,  будь уверен, растворили бы тебя в смеси соляной и азотной кислоты…  Мне кажется, ты,  все же,  преувеличиваешь заслуги и роль  КГБ…

– С таким заздрисным, мелочным и продажным народцем, – прервал меня собеседник, – преувеличивать совершенно ничего не нужно. На дурака не нужен нож, ему с три короба наврешь, и делай с ним, что хошь! Как только тема люстрации была выдавлена из сознания так называемой демократической части Верховной Рады первого созыва, воспрянувшие духом антигерои, выкормыши ушедшего режима ринулись расчищать себе доходные места под теплыми лучами фальшивой независимости и подлых рыночных отношений. И всеукраинский маразм стал крепчать и крепчать! Вопреки здравому смыслу перелицевавшиеся  коммуно-иуды стали пролонгировать в независимой Украине свое «славное» прошлое. Ставленник системы, идеологический секретарь ЦК Кравчук делал все от него зависящее, чтобы «старые знакомые» комфортно себя чувствовали при новой власти. Догадайся, из кого состояла парламентская комиссия Верховной Рады, проводящая чистку сотрудников Службы безопасности Украины?  Тут и особо напрягаться не нужно. Личные дела бывших сотрудников КГБ, некоторое время после упразднения  КГБ, автоматически, оказавшихся сотрудниками СБУ, шерстила комиссия парламента, в составе которой были самые горластые в Верховной Раде «патриоты» и «патриотки» Украины. Естественно, отбраковывали, в первую очередь, сотрудников Пятого управления. Делали это за закрытыми дверями. И, знаешь почему? Чтобы не посмотреть в глаза, не встретиться взглядом, с кем много лет были знакомы. Не подумай, что раньше встречались  в наших служебных кабинетах во время допросов. Догадываешься, о ком идет речь? Нас, офицеров КГБ, свидетелей их иудо-продажности и двуликости, давно бы в кислоте растворили. Только, вот, полноты власти двухголовые и двоедушные  “патриоты” еще никак не получат!

Возглавляемая зиц-председателем Леонидом Кравчуком лавочка, занимающаяся беспошлинным импортом в Украину водки “Абсолют” – не «Рога и копыта» Ильфа и Петрова, а почти одно и то же, «Фонд развития и поддержки искусств» – назначила именные стипендии первой сотне бывших VIP-стукачей КГБ, так называемой элите украинской советской культуры. Список сотни подкармливаемых деятелей иудо-духовности засекретили. Для журналистов открыли два три известных имени, поставленных впереди списка степендиатов фонда, исключительно, для его отмывания в общественном мнении. Раньше подкормкой  своих  “друзей” занимался КГБ, теперь эстафетную палочку с иудиными сребрениками для благодарностей “нашим” в денежном эквиваленте  вручили экс-президенту Украины Кравчуку. Пойдем дальше, или этого дерьма уже достаточно, что я порассказывал тебе?

Я кивнул, понимая, что майору необходимо до конца выговориться.
– Следующая задача новой власти со штампом “независимая Украина” в своих фальшивых документах, не запятнанными именами отмыть несколько сотен черных кобелей, холуев компартии, информаторов ГБ, лауреатов государственной премии имени Шевченка за все тридцать лет ее существования. К длинному списку иуд-лауреатов, прежде всего, добавили мертвых героев, так сказать, посмертно, но зато своевременно. Я лично слышал от коллеги содержание адушевных  воспитательных бесед со Стусом. Тот откровенно презирал гвардию интеллигентов коллабрационистов – шевченковских лауреатов – ни за что руки им не подал бы, а не то, что согласиться оказаться с ними в одном ряду лауреатов госпремии имени Шевченка. Даже тишайший интеллигент Иван Свитлычный имел внутри себя несгибаемый стержень. А эти черви, что остались на свободе «страдать за нэньку» и благополучно дожили до нежданно свалившейся им на голову независимости Украины, извивались от нетерпения, чтобы поскорее получить свои заслуженные тридцать «шевченковских» сребреников.

Львовский поэт Игорь Калинец, – в первый год независимости его,  тоже пострадавшего от системы,  но выжившего,  указом  о награждении поставили рядом с иудами для придания приличного вида компашке коллабрационистов – в киевском Доме Учителя получал регалии лауреата «шевченковки». Покрутил в руках диплом и растеряно пролепетал в микрофон, что неприятно удивлен, поскольку на официальном дипломе  красуется красное знамя и герб Украинской ССР. Ничего страшного! Тот номенклатурный плевок покорнейше проглотил.  Хто ж від преміяльних грошенят відмовиться?  Малорос, он везде малорос. И во Львове тоже. Много талантов опускается и сейчас из-за материального обнищания.

Фактически, за политическую и общественную поддержку возглавивших независимую Украину двухголовых монстров, – одна голова советского коммуниста, другая украинского патриота, –  вышиванные куклы брали хабари-взятки в виде денежного эквивалента «шевченковки». Стыдно об этом сейчас говорить, но, чтобы убедить жен  Стуса и Светличного не возражать против присуждения их погибшим мужьям гос.премии, для того, чтобы с особым цинизмом поставить незапятнанных героев Украины,  точнее, положить покойников в один ряд с грязными предателями, достаточно было пообещать мещанкам триста премиальных долларов! После девальвации рубля именно таким было тогда денежное наполнение «шевченковки». Наши жены, как ты знаешь, не всегда от Бога.

Никто из вышиванных шестерок в парламенте не догадался провести жирную черту между прошлым и будущим. В частности, предложить основать для нового, независимого государства – новую же премию.  Назвать ее, к примеру, «Великий Тарас», если воображение  сконцентрировано только на этом поэте… А, может, это и хорошо, что этого не случилось. Контингент претендентов на «шевченковку», за малым исключением, остается все тот же. Шевченковским премиальным комитетом как руководили, так и руководят настоящие и бывшие агенты нашей конторы. И среди голосующих членов комитета этого дерьма хватает. А нацики идиоты, на которых , как говорится, не нужен нож, по-прежнему скачут навыпередки чтоб оказаться  в ряду нечистоплотных лавреатив. Деньги-то не пахнут!

Когда, утверждая список рогатых и хвостатых «духовных ангелов» Украины, – кипящих в адовой смоле грешников, – выпустили каталог лауреатов «шевченковки» за все годы присуждения премии, поэта Лину Котенко покоробило, что статья о ней стоит рядом со статьей о Виталии Коротком, коллеге по СПУ. Нужно было, видите ли, располагать в каталоге светочей украинской духовности не по алфавиту, а по годам присвоения званий. Лине Котенко намного комфортнее было бы, поскольку лауреатом премии стала в горбачевскую Перестройку. Не только ее, не задумавшуюся над своим участием в шевченковской трагикомедии, система с головой макнула в продажное болото  госпремии. Многие украинские интеллектуалы мотыльками слетелись на огонек великого народного поэта, приспособленного компартийными иудами для обслуживания антинародной советской власти. От премии тогда не отказались, так нечего возмущаться теперь соседством с Коротким и ему подобными ничтожествами! В одной компании с подонками согласились быть, так вас в столетиях и запомнят!

Сдавшие партбилеты коммунисты, оставшиеся в независимой Украине  во власти, в своем цинизме пошли еще дальше. Новый орден «Героя» независимой Украины утвердили в виде пятиконечной звезды, большевицкого символа. А как же еще могли придумать кремлевские обезьянки? Правда, малюсенький тризубчик сверху на сатанинскую пятиконечную звезду прилепили. Дуракам достаточно, на них не нужен нож…

В такой-то стране живем. С таким-то народом…

…Майорское звание моего визави за ресторанным столиком у Золотых ворот, как и то, чем он сейчас занимается после  увольнения из переформатированого Украинского республиканского комитета госбезопасности в Службу безопасности Украины – придумано автором. История же моего знакомства с ним – правда. Как и горькое содержание нашей беседы.

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься.